Жёлтые пёрышки. Часть 3.2 - Семья [Первофик]


Ранее: Часть 1, Часть 2, Часть 3.1.

Рейтинг: PG | Жанр: Приключение, драма | Персонажи: ОСи

Описание: Цвети вместе с Клюви отправляются через всю Эквестрию в поисках его родителей.

На иных платформах — Google Drive, ponyfiction.

Читать

***



 Уже на подлёте к порту, они увидели уходящие вдаль паруса, деваться было некуда, пришлось догонять и садиться прямо на борт. За штурвалом стоял белошкурый грифон с длинным клювом. Когда Цвети приземлилась, она почувствовала, как кулон на её шее дрогнул, спустя секунду она поняла, что её шеи коснулось лезвие меча:

 — Вы либо идиоты, либо вам жизнь не дорога, что вы забыли на моём корабле?



 Клюви приземлился за кобылкой и, переборов себя, выступил вперёд. Острие меча скользнуло уже к его шее.

 — Д-да нам бы просто до Филлидельфии добраться, только и всего.

 — Поэтому вы решили сесть безбилетниками на мой корабль?

 — У нас есть деньги! — выкрикнула отошедшая от шока кобылка. Она сняла с пояса кошелёк, и протянула его вперёд. — В-вот.

 Уже в третий раз за сегодня Цвети увидела этот взгляд, белая голова склонилась в осуждении. Грифон убрал меч и взял кошелёк, отсыпав где-то половину, вернул его обратно.

 — С надбавкой за то, что я не выкинул вас за борт. Таким желторотикам не место в подобных землях, я довезу вас до Балтимэра, а там сами разберётесь. Эй! Килька, — крикнул капитан одному из матросов на палубе, — покажи этим сухопутным крысам их каюту!

 Оставшись наедине в маленькой комнатке с одним гамаком. Клюви с трепетом в голосе произнёс:

 — И всё-таки все грифоны разные, есть злые, есть алчные, но есть добрые и даже настоящие пираты с кодексом чести.

 — Кто? Он? Книжек начитался. Как по мне, это просто зазнавшийся капитанишка.

 — Брось! Видела, какая у него сабля? Теперь я понимаю, почему Оладушка хотела путешествовать.

 — А вот я не очень, — Цвети потёрла место, куда коснулось лезвие.

 — Я думал, ты храбрая, — шутливо ответил грифон.

 — Храбрая? Не знаю, мне кажется, что я всю жизнь чего-то боюсь.

 — Чего это? — Клюви явно не ожидал услышать такого ответа.

 — В детстве — что с тобой что-то случится, потом — что мама найдёт твоих родителей или просто отошлёт тебя, если я не буду её слушаться. А теперь — что потеряю тебя.

 — Потеряешь? Но я же рядом.

 — Это пока, — с тоской в голосе произнесла Цвети.

 — Эх, так и знал, что ты всю дорогу из-за этого переживаешь, я же сказал, что ищу их не чтобы уехать.

 — Знаю, но всё же… — потянувшись копытом к гриве, она вдруг воскликнула — Перо!

 — Разве оно не у тебя?

 — Нет, кажется… кажется я забыла его где-то в Грифинстоуне. Прости, я знаю, как много оно для тебя значило.

 Грифончик фыркнул, поднял крыло, и схватившись клювом резко мотнул головой выдергивая самое длинное перо.

 — Вот — со слезой на щеке, он протянул его Цвети.

 — Совсем сума сошёл! Так же крыло повредить можно!

 — Ну и пусть, всё лучше, чем видеть тебя такой. Новое отрастёт.

 — Ты точно не злишься, что я потеряла перо твоих родителей?

 Грифончик посмотрел на неё, а потом показав второе крыло с отсутствующем пером, хихикнул — Конечно нет, ты потеряла его ещё когда мы останавливались на поезде в Ванхувере. Оно практически такое же, как и все эти. Не знаю, почему я решил взять его с собой, ещё со встречи с первым грифоном я понял, что моя раскраска более показательна.

 Кобылка прикрыла рот копытцем, вспоминая что-то, а потом тоже захихикала, — А я боялась сказать тебе, что у тебя такие же, и показывала его всем, боясь обидеть.

 Увидев улыбку на лице Цвети, грифончик обнял её:

 — Не переживай, никуда я от тебя не денусь… Разумеется, пока у тебя будет рыбка.

 — Сам себе наловишь, — продолжая хихикать, ответила Цвети.

***



 Расположившись на деревянном полу, Клюви мирно спал, свернувшись клубочком. Снилось, как они с Цвети плывут в Грифинстоун на маленьком парусном корабле, качаясь на волнах. Почему-то спокойное море всё сильнее и сильнее раскачивало шхуну. Встревоженная Цвети, начала кричать его имя:

 — Клюви. Клю-юви! Клюви! Вставай ты уже наконец! — открыв один глаз, он увидел, как златогривая кобылка трясёт его за плечо, — Ты спишь как убитый! Я уже начала переживать.

 Повернув голову, он клюнул голубое копыто перед своим носом.

 — Ай! За что?

 — Проверяю, не сплю ли я. Похоже, что нет, как ты встала раньше меня?

 — Себя нужно клевать, бестолочь! Пошли, мы уже почти приплыли.

 Выйдя на палубу, они увидели первые лучи восходящего солнца. По кораблю уже вовсю сновали матросы. В ожидании прибытия в порт, безбилетные пассажиры расположились в единственном спокойном месте: на носу судна. Пока Цвети любовалась рассветом, Клюви доедал остатки рыбы, которая потихоньку начинала портиться. Он любил её такой, а вот остальные пони напротив, разве что Цвети спокойно терпела этот запах. Ему редко выпадала возможность есть такую рыбу даже в домике на дереве, разносящийся по округе запах раздражал соседей, а Клюви, воспитанный как приличный пони, не хотел никого обижать.

 Подумав об этом, он посмотрел на Цвети, но та даже не морщилась, поймав его взгляд, она спросила:

 — Ну что, доел? Можно не дожидаться пока они причалят в Балтимэре, чем раньше вылетим, тем быстрее будем в Филлидельфии. Наверное, где-то к обеду и управимся.

 — Отлично, наперегонки?

 — Ещё чего! У тебя сегодня важный день, или хочешь прилететь к своим родителям как растрёпанная курица?

 — Ну хоть не индюшка, — говоря эту фразу, он подпрыгнул и полетел в сторону города, ожидая погони.

 — Я серьёзно! — раздался голос из-за спины.

 — Хорошо, Цвети, — понимая, что никакой гонки уже не получится, занудным голосом произнёс он, замедлившись.

 С высоты пегасьего полёта, их цель из маленькой точки на горизонте превращалась в крупный город. Пара небольших привалов по пути, и они были на месте. Столица по сравнению с этим городом казалась песчинкой. Тянущиеся к небу высокие здания напоминали угловатую гору, в трещинах которой ходили десятки разноцветных пони.

 Приземлившись у подножья высоких домов, они попытались разобраться, куда же им идти:

 — Старушка Антик рассказывала об этом месте, старайся не потерять меня из виду, а то потом не найдем друг друга.

 — В таком большом городе наверняка должен быть магазин с рыбкой!

 — Возможно, поищем его по дороге к твоим родителям. А для начала нам нужно найти улицу, по ней мы сможем найти нужный нам дом.

 Первая вывеска, которую им удалось найти гласила “Ахалтекинская улица”, что ровным счётом им ничего не давало. Немного углубившись к центру города они увидели другую “Хакнэ, дом 35”. Решив, что искать самостоятельно было глупой затеей, Цвети спросила дорогу у первого проходящего мимо пони:

 — Здравствуйте, вы не знаете где…

 — Извините, спешу, — бросил незнакомец, быстро идущий куда-то по своим делам.

 Почувствовав доносившийся откуда-то приятный запах, Клюви предложил — Может поищем, где бы нам перекусить, а там и спросим дорогу?

 — Отлично, только где? Тут много магазинов, но ни одного кафе я не вижу.

 — За углом есть прекрасная пекарня, — сказала проходившая мимо пятнистая кобылка с коляской.

 — О! — Воскликнула Цвети, а может вы знаете где нам найти Крылатую улицу?

 — Разумеется, это же центральная улица Филлидельфии, вы здесь впервые?

 — Ага, мы из Крафтвилля. — сказал грифон.

 — Ясно, просто идите прямо до центральной площади, как увидите статую Селестии, ищите самую большую дорогу, это и будет Крылатая улица.

 — Спасибо вам огромное, — сказала Цвети, — Ну что, Клюви, пойдём купим по паре пирожков?

 Разумеется, пирожков с рыбой не оказалась, Цвети не знала, на что надеялся Клюви, но вот остальная выпечка была изумительной. С дорогой кобылка тоже не обманула, дойдя до площади они сразу же нашли Крылатую улицу. По дороге к нужному им дому, грифончик всё больше замедлял шаг, когда они дошли к дому с номером 17, Цвети спросила:

 — Ну что, готов?

 — Может сначала найдём магазин с рыбкой? А то что мы с пустыми копытами придём?

 Видя, как Клюви переживает, кобылка взяла его за плечо:

 — Не волнуйся, если что, я буду рядом.

 Хоть и не сразу, грифон кивнул. Постояв ещё немного, они вошли внутрь. Поднявшись на второй этаж, они постучали в дверь под номером 25. Почти сразу им открыли. Перед ними стоял Клюви, вернее не совсем, почему-то он был в чёрных солнцезащитных очках. Немного опешив от увиденного, он приподнял очки большим и указательным пальцем.

 — Это какой-то прикол? Вы кто такие?

 — Кажется, это твой брат, — сказала Цвети.

 — Брат?! — грифон в очках вышел к ним, закрыв дверь за спиной. — Не знаю кто вы, и что вам нужно, но лучше уходите отсюда.

 — Почему это? — спросила кобылка.

 — Чтобы вы ни задумали, но у моей семьи нет денег, чтобы платить каким-то проходимцам.

 — Мне не нужны ваши деньги, — произнёс Клюви, — я просто хочу узнать о своих родителях.

 — Ага, как же, я даже не знаю кто ты, предки никогда не говорили, что у меня есть брат, с чего мне тебе верить?

 — Не с чего, — уже менее вежливым голосом ответила Цвети, — давай лучше спросим у них, возможно мы сами ошиблись. Мы проделали путь через всю Эквестрию, чтобы добраться сюда, так или иначе мы с ними встретимся.

 Грифон смерил взглядом кобылку, увидев перо на её голове, он ухмыльнулся:

 — Ладно, златогривая, похоже, вы серьёзно настроены, но я вас предупредил.

 Развернувшись, он зашёл внутрь. Судя по убранству, вряд ли эта семья имела какие-либо проблемы с деньгами, квартира просто пестрела золотом, резьбой и дорогой мебелью.

 — Мам, пап, тут к вам, — грифон хмыкнул, — ваш потерянный сын с какой-то пони явился.

 — Что? — донеслось из гостинной.

 Когда они зашли в неё, то увидели двух грифонов, окраской очень сильно напоминавших Клюви. Отец, опустив газету, сидел в кресле, а мама лежала на кушетке, держа в лапе бокал красного вина. Увидев вошедших, она поставила его на столик, и сказала:

 — Быть того не может.

 — Здравствуйте, — робко начал Клюви, — я Клюви.

 — Клюви? — переспросил отец.

 — Да, — коротко ответил он, и опустил голову, будто в чём-то провинился.

 — Может быть Грозный Клюв, ну или Громогласный Клюв на худой конец. Имя грифона попросту не может начинаться на букву К. — сказала мама, принимая сидячее положение.

 — Видите ли, — начала Цвети, — это имя дала ему я. Когда я купила его, то не знала ваших обычаев, и воспитывала так, как могла.

 — Купила? — отец хмыкнул, — Ну что же, мы не собираемся платить за него, если вы за этим пришли.

 — Что? Нет! Всё совсем не так, — кобылка была немного возмущена этими словами, но не хотела создавать конфликта, — Давайте мы сядем, и расскажем вам всё по порядку.

 — Разумеется, простите нам наши манеры, сейчас я налью вам чай. Гевор — обратилась она к своему мужу, — передвинь те кресла поближе к столу?

 — Конечно, Гешта.

 Усевшись в кресла, Цвети увидела, как Клюви сжимает и разжимает передние лапы на своих коленях, заставляя шерсть дыбится. Протянув копыто, она дотронулась до его плеча. Клюви посмотрел на Цвети в поиске поддержки, та улыбнулась и одобрительно кивнула, помогая ему успокоиться. Это помогло, через некоторое время Гешта принесла чай, и Клюви начал свой рассказ.

 Цвети не перебивала его, лишь изредка поправляя в паре мест, воспоминания о прожитых вместе днях вызывали у них улыбку, радость или общую грусть. Было приятно услышать от Клюви множество лестных отзывов о себе. Но что-то настораживало кобылку.

 Родители были вежливыми и учтивыми, даже временами улыбались в местах, когда Клюви с Цвети смеялись, вспоминая что-то. Чего не сказать о ранее виденных грифонах. Но они вели себя как-то отстранённо, их глаза будто смотрели сквозь них. В какой-то момент Клюви тоже это почувствовал, рассказ стал суше, последние два года он вообще сократил до одного предложения.

 — Очень интересно, — ответил отец, — извините, вы застали нас не в подходящее время, кобылка за прилавком сейчас уходит на обед, и нам нужно будет подменить её. Если вы не возражаете, то я бы предложил встретиться в другое время, скажем… — достав какой-то блокнот, он пролистал его, и продолжил, — в воскресенье, на следующей неделе.

 Слова Гевора подтвердили её догадку, безразличие, вот что это было. Цвети была готова ко всему, что “воспитанника пони” не примут, что ему не понравится их суровый нрав, но безразличие?

 — Ясно, — расстроенным голосом произнёс Клюви, — прежде чем мы уйдём, скажите, вы никогда не искали меня?

 — Разумеется искали, — слегка возмущённо ответила Гешта, — мы обратились к страже, но видимо они, как и все, недолюбливают нашу расу, раз даже не смогли найти тебя.

 Она ещё никогда не видела Клюви таким грустным, после этих слов он сидел словно в воду опущенный, впрочем, этот термин ему не подходит. Вспомнив, как в детстве пыталась затащить его купаться, она на секунду улыбнулась. И также резко гнев наполнил её: “Это же их сын, как они могут быть такими равнодушными? Им даже всё равно, что он жив? Что с ним всё в порядке? Что он живёт в семье, пусть и пони? Что он нашёл их?”

 — А вы не пойдёте за своим… сыном?

 Голос Гешты вырвал её из мыслей, только сейчас кобылка поняла, что Клюви ушёл. Она вонзилась взглядом в родителей, ей хотелось накричать на них, но вместо этого, она со злобой в голосе, разделяя каждое слово произнесла:

 — Как. Вам. Не. Стыдно.

 Это не произвело ровным счётом никакого эффекта, только брат, стоявший всё это время в углу опёршись о стену, фыркнул и отвернулся в сторону. Цвети встала и попыталась догнать Клюви. Не увидев его на улице, она обеспокоенно завертела головой по сторонам, чувствуя как всё быстрее стучит сердце. Жёлтый хвост с чёрной кисточкой будто заметив взгляд кобылки, тут же скрылся в подворотне. Догадываясь, что произойдёт дальше, она отправилась следом.

 — Эй, ты в порядке, — спросила Цвети, увидев жёлтого грифона сидящего на земле.

 — Да, — со злобой в голосе, ответил Клюви, с силой выстругивая что-то из заготовки, похожей на грифона.

 — Тут грязно, может, пойдём куда-нибудь?

 — Нет, мне и тут хорошо.

 — Ясно, — кобылка подошла, и села рядом с ним.

 Помолчав минуту, смотря как Клюви выстругивает точную копию себя из дерева, она спросила:

 — А что это ты делаешь.

 — Себя, — всё так же зло ответил грифон, — Я хотел… хотел подарить им… их фигурки.

 Он достал из сумки другую заготовку, и с силой швырнул её в соседнюю стену.

 — А теперь, подарю им эту… на память. — следующие движения ножа показались неуверенными — лапа грифона дрожала. Цвети подняла взгляд, и увидела дорожки слёз на белых щеках.

 Ничего не говоря, кобылка обняла его и прижала к груди. Пытаясь успокоить его, она начала гладить его копытом по пернатой голове.

 — Я думал, — всхлипнул Клюви, — что они… что они хотя бы порадуются, а они…

 — Тише, всё будет хорошо.

 Они сидели так, пока Клюви не успокоился. Потом Цвети произнесла:

 — Давай, давай найдём магазин с рыбкой, найдём тебе самую вкусную и жирную.

 — Хорошо, я только отнесу им это, — разжав ладонь, Клюви показал едва ли доструганную фигурку.

 Цвети взяла её из его лапы.

 — Жди здесь, я сама отнесу её им.

 На пути наверх её опять охватила злость, в голове начали роиться мысли, как бы назвать их пообиднее. Дверь ей открыл брат Клюви, кобылка молча вошла внутрь, отстранив его копытом.

 — Они уже ушли, — сказал он.

 — Жаль, — кобылка развернулась, и отдала фигурку брату, — тогда передай им, на память.

 Уходя, он окликнул её, — Постой, я хочу поговорить с ним.

 — Это ещё зачем?

 — Может моим родителям и плевать, но мне нет, я даже не знал, что у меня есть брат.

 Злость мигом покинула кобылку, она развернулась, и произнесла — Прости, я не хотела грубить, просто…

 — Понимаю, без обид.

 — Пойдём, Клюви будет рад тебя видеть.

 Выйдя на улицу, они нашли клюви стоящим около дома. Увидев брата, он попытался отвернуться, скрывая свою заплаканную морду. Тот смутился, и произнёс:

 — А я предупреждал. Пошли, я знаю отличную забегаловку, которую держит мой знакомый грифон. Дыра дырой, зато кормят там нашего брата отменно, да и поговорить можно будет спокойно.

 Он поднялся в воздух, немного отлетел, непонимающе развернулся, и прокричал издалека:

 — Правду говорят, о нерасторопной жизни в эквестрийских деревнях, полетели уже!

 Посмотрев на одобрительную улыбку кобылки, Клюви подпрыгнул и замахал крыльями. Добравшись до заведения, которое оказалось в портовой части города, они устроились за одним из столиков. Только сейчас до Цвети с Клюви дошло, что они даже не узнали его имени, грифона в чёрных очках звали Герш. На вопрос: “почему он их нигде не снимает”, он просто ответил, что это элемент стиля.

 Герш расспрашивал их о жизни в Крафтвиле, о том, как они вышли на родителей. Его забавляла манера Клюви описывать многие вещи так, как это делают пони. Впрочем, Герш был добродушным, и в какой-то момент даже сказал:

 — Эх, ладно, ваша взяла, завтра же отправляюсь с вами в Крафтвиль и сам всё посмотрю. Вы же не собираетесь здесь задерживаться?

 — Нет, вот только мы с Клюви ещё не знаем, где переночевать.

 — Не проблема, знаю я одно заведение, там работает мой приятель, устроит вас. Только чур тогда вы платите за этот ужин. А завтра, скажем эдак часиков в… — он задумался, — семь, не слишком рано? Встретимся у дороги, ведущей в Балтимэр, идёт?

 — Идёт, — радостно ответил Клюви.

 — Отлично, только ровно в семь. Я провожу вас.

***



 Находившееся на окраине заведение оказалось ночлежкой и сильно отличалось от окружающего его дорогого города. Управляющий был тоже грифоном, весьма грубым и не добродушным. Но, судя по всему, немногочисленность этих чуждых пони существ вынуждала их к какой-то взаимовыручке, и Герш активно этим пользовался, если даже не злоупотреблял. Хозяин был не сильно рад его видеть и даже грозился выставить вон, но тот шепнул ему что-то на ухо, после чего гостям молча выдали ключ.

 Комната, в которую их поселили, была без удобств, но с другой стороны самым комфортным местом, где им приходилось ночевать за всё это путешествие.

 Утром, как и было оговорено, они пришли к дороге, ведущей к их дому. Герша нигде не было, подождав немного, они отправились к подлеску, надеясь найти его там.

 — Смотри, Цвети, что это там?

 Выйдя на лесную дорогу, они увидели телегу, до боли знакомую телегу. Подойдя поближе, они узнали в ней брошенную разграбленную повозку, на которой привозил в их деревню товар Колесей. Самого его было не видно, тут и там валялись вещи, разбитые кувшины и осколки стекла.

  — Это же?.. — не веря своим глазам сказала Цвети.

 — Колесея? На него напали? Где он? — Клюви закрутил головой, в надежде найти знакомого им с детства торговца.

 — Судя по всему, здесь была борьба, — Цвети вгляделась в многочисленные следы драки на земле. — Нужно попробовать найти его, вдруг он ранен.

 Рассматривая место преступления, они услышали голос за своей спиной.

 — Вот тут это было, ага, напали ночью, знали ведь подлецы что я здесь… — голос ахнул, — Так вот же они, вернулись значит забрать всё что не смогли унести!

 Клюви и Цвети развернулись, не понимая, что происходит. К ним шёл сам Колесей в сопровождении двух стражников. Один глаз у него заплыл от огромного фингала, на другой щеке красовался шрам от когтистой лапы.

 — Колесей, вы в порядке… — неуверенным голосом начала Цвети, предчувствуя что-то неладное.

 — Лягнула меня в морду значится, а теперь издевается, схватите их, это они на меня напали этим утром.

 — Мы же… что? Нет, это какая-то ошибка, вы же нас знаете! — начала оправдываться Цвети, пока стража всё ближе подходила к ним.

 — Как тебе не стыдно, ты же была такой хорошей кобылкой, как мне теперь смотреть в глаза твоей матери? А ты, Клюви, я не ожидал от тебя такого, но видимо грифонов не изменить, небось ты её подговорил, да?

 — Что? Дядюшка Колесей, что вы такое говорите? Мы только что пришли сюда. — Клюви тоже не понимал, что происходит, даже не думая убегать от стражников, которые подошли уже совсем вплотную.

 — Ага, разумеется, а это тогда чьих лап дело? — Старый торговец повернулся к нему показывая поцарапанную щёку.

 — Я… — Клюви даже посмотрел на свою лапу, не веря в происходящее.

 — Нас подставили, — внезапно выпалила кобылка, — мы приехали в этот город, чтобы найти родителей Клюви. И нашли! У него есть брат близнец, видимо это он напал на вас. Мы договорились встретиться этим утром здесь.

 Один из стражников усмехнулся, — Красиво заливает, а ну-ка, милая, давай сюда свои крылья.

 Стражник накинул на неё ремень с замком, опоясав её крылья, он затянул его так, что кобылка охнула. Тоже самое проделали и с грифоном.

 — У нас есть свидетели! Мы ночевали в гостинице на Глинной улице и ушли оттуда минут двадцать назад!

 — Не знал, что ночлежка у Генри теперь гостиница, — снова усмехнулся стражник, — разумеется грифон скажет, что вы тут ни при чём.

 — Мы знаем адрес, где живёт грифон, напавший на вас, Крылатой улице семнадцать, квартира двадцать пять — сказал Клюви, — дядюшка Колесей, сходите и сами посмотрите, мы не врём!

 Задумавшись, старик нехотя кивнул, — Так и быть, мне тоже тяжело во всё эт поверить, надеюсь вы не врёте.

 Цвети хотела что-то добавить, но стражник опередил её, — Шевелитесь, в любом случае вы пока будете под стражей.

 Другой стражник ударил грифона древком копья в зад, заставляя его идти вперёд. От чего Клюви испуганно пискнул, и зашагал по дороге.

 Старый торговец остался позади них, пытаясь собрать то немногое, что осталось на телеге.

 Почему-то Цвети было не страшно, она была уверена, что всё это кончится хорошо. Она шла и думала, как ещё можно доказать их невиновность. Уже идя по городу, она оторвалась от мыслей, и посмотрела на грифона. Тот был явно напуган всем происходящим. Решив подбодрить его, она сказала:

 — Мы не сделали ничего плохого, не переживай, нас скоро отпустят, когда Колесей увидит твоего брата.

 — А если нет? — дрожащим голосом произнёс грифон.

 — Тогда, тебя сошлют в Грифинстоун, а её отправят на перевоспитание, — ответил стражник.

 — У вас совсем совести нет? Ему и так страшно! — рявкнула Цвети от злости.

 Стражник усмехнулся:

 — К преступникам нет, особенно к налётчикам.

 — Я же говорила, нас подставили! И вы ещё не доказали нашу вину.

 — А я говорил, что вас поймали с поличным. Так что этот старик ваша единственная надежда на суде. Хватит болтать, мы пришли.

 Сторожевой участок выглядел как обычное здание, их провели внутрь, через приёмную, к коридору, в конце которого была большая решетчатая дверь. Увидев её, Клюви встал как вкопанный с ужасом глядя на прутья.

 Подождав пару секунд, стражник рявкнул:

 — Эй, а ну пошевеливайся.

 Он ткнул древком в грифона, но тот не шелохнулся. Уже приготовившись для более сильного второго удара, его внезапно прервала Цвети:

 — Стойте! Я сама. — Кобылка подошла вплотную к Клюви, заслоняя собой дверь, — Клюви, посмотри на меня.

 Грифон, выходя из оцепенения перевёл взгляд на Цвети.

 — Ничего страшного не произойдет, обещаю, это всего лишь на время. Давай, — она протянула к нему своё копыто.

 Сжав его, Клюви наконец-то сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Кобылка пятилась задом, продолжая смотреть в его глаза. Кажется, тот случай из его детства с цирком не прошёл бесследно.

 — Вот так, молодец, я рядом.

 Когда они зашли внутрь, дверь за ними закрылась, и через какое-то время они остались одни. Цвети обняла его, и поглаживая по голове продолжала успокаивать. Так продолжалось несколько часов, пока пони не почувствовала, что грифон наконец расслабился и, кажется, уснул.

 Тогда кобылка продолжила думать о том, как им выпутаться из этой ситуации, ничего путного в голову не шло. Видимо, Колесей был единственной их надеждой на спасения. Её мысли прервал стражник, который просунул под низ поднос:

 — Обед.

 При этих словах, Клюви проснулся, вспомнив где он, он вскочил и отпрыгнул в угол.

 — Ого! Впервые вижу грифона таким испуганным.

 — Долго нам тут ещё сидеть? — спросила Цвети раздражённым голосом.

 — До суда.

 — А как же Колесей?

 — Торговец-то, на которого вы напали? Приходил, сказал, что там живёт какая-то пони, и ни о каких грифонах она слыхать не слыхивала. Так что думаю завтра вас и осудят, что тянуть то.

 От этих слов уже кобылку бросило в дрожь:

 — Но мы же невиновны!

 — Ага, на суде всё и расскажете, моё дело маленькое, — при этих словах, стражник развернулся и зашагал прочь.

 Взяв поднос, Цвети поднесла его к уже чуть успокоившемуся грифону:

 — Вот, поешь, тебе станет полегче.

 Клюви не отреагировал на это, а только пристально начал смотреть на неё. Улыбнувшись через силу, Цвети взяла с подноса маффин, и поднесла его к клюву.

 — Знаешь, когда ты только вылупился, Клубок сказал, что птицы кормят своих детей отрыгивая, еду им в рот. Я даже всерьёз рассматривала то, что мне придётся делать так же. Так вот, если ты сейчас же не начнёшь это есть, я накормлю тебя так, как делают это птицы.

 — Фу! — ответил Клюви начиная приходить в себя. — Это не смешно!

 — Неужели? Рискнёшь проверить?

 Грифон тут же схватил маффин клювом, и целиком заглотил его.

 Ахнув, кобылка крикнула — Подавишься же!

 — А вот нечего так пугать, мне и так страшно.

 — Знаю… Мне тоже, но как я уже говорила, всё будет хорошо, мы невиновны, а это самое главное.

 Нехотя, Клюви кивнул.

 Весь день они провели за рассказами и воспоминаниями из своего детства. Это успокаивало их обоих, давая отвлечься от происходящего. Клюви даже рассказал ей, как в детстве, украл у неё несколько монет из кошелька, чтобы сделать подарок понравившейся ему пони. Последняя часть несколько удивила Цвети, и она выпытала у него подробности. В свою очередь она рассказала о том, как в первые годы тайком забирала почту и тщетно искала среди неё ответы из Грифинстоуна, желая их выкинуть. И даже попалась на этом, получила от мамы шишку на голове.

 После ужина, грифон опять загрустил, Цвети попыталась рассказать ему историю о своём прозвище индюшки, от которой ей самой было стыдно. Но похоже Клюви уже не слушал, вместо этого он спросил:

 — Ты же будешь навещать меня в Грифинстоуне, когда меня туда отправят?

 — Что? Разумеется! Да я жить туда с тобой отправлюсь если потребуется.

 — Не говори ерунды, это ужасное место, сама же видела, я тебе не позволю.

 — Глупый! Ещё ничего не случилось. Даже если это произойдёт, я до самой Селестии дойду, уж она то точно поможет.

 — Спасибо тебе, за всё. Что нашла меня, что воспитала, я никогда этого не забуду, — глаза Клюви начали наполняться слезами, —… и Оливии со Смитом, и Оладушке.

 — Дурень! Ты же не умираешь, прощаться вздумал? Думаешь, мне самой не страшно. Прекрати немедленно! — Она взяла пустой поднос, и кинула им в него.

 — Ай! За что? Вдруг мы…

 — Молчи! Давай попробуем лучше поспать, мне нужно подумать, уверена, что не всё ещё потеряно.

 Уснуть ей так и не удалось, всю ночь она думала, как выкрутиться из этой ситуации. Видимо пони, которую встретил Колесей в доме грифонов была подельницей Герша, с которой он и ограбил его. Но это ровным счётом ей ничего не давало. Ситуация и правда казалась безвыходной. Тогда она придумала другой план, на суде она заявит, что Клюви её сын. Что бы там Оливия ни говорила, это было правдой, и уж это Колесей подтвердит. Вряд ли судья сможет разлучить их, это будет по меньшей мере неправильно. Остаток ночи она придумывала что ей сказать, чтобы вызвать сочувствие к ним. Она всё больше корила себя за то, что никогда не называла Клюви своим сыном, хотя всегда считала его таковым.

 Утром охранники отвели их к зданию суда. Пока они ожидали своей очереди снаружи, их усадили на лавки неподалеку от входа. Клюви всё время смотрел в землю, погружённый в свои мысли. Он даже не обратил внимания на Колесея, который прошёл в здание, демонстративно не глядя на них. Цвети это ещё больше расстроило. Она даже подумала о побеге: находясь на оживлённой улице можно было скрыться в толпе. Но вот только стражники с копьями, стоящие перед ней, делали эту затею бессмысленной. Конечно же она думала об этом не всерьёз, но почему-то эта идея никак не хотела выходить из головы. Пытаясь отвлечься, она смотрела на улицу, в проезжающие мимо повозки и лица прохожих. Как вдруг из-за угла одного из зданий показалась жёлтая морда грифона. Это был Герш. Он помахал ей рукой и послал воздушный поцелуй.

 — Смотрите! Вон он! — Воскликнула кобылка, пытаясь привлечь внимания стражника.

 Разумеется, жёлтая голова уже скрылась за углом. Понимая, что это её последняя надежда, Цвети приняла отчаянное решение. Дотронувшись до амулета на груди, она подумала про себя: “Надеюсь, он и правда защитит меня”. — После чего, ринулась вперёд. Отвернувшийся стражник, повернул голову, увидев несущуюся на него кобылку, он машинально выставил копьё. Кобылка попыталась увернуться от удара, но стражник ловко направил остриё ей в грудь. Сзади послышался испуганный крик, — “Мама!” — в это же мгновение, что-то больно ударило ей в рёбра, раздался хлопок, и стражника откинуло на землю. Не сбавляя темпа, Цвети бежала к углу дома, грудь почти не болела, а значит амулет сработал. Сзади послышался ещё один крик: — “Держи её!”

 Забежав за угол дома, она увидела удаляющегося грифона. “Главное, чтобы он не взлетел, тогда всё пропало”, — подумала про себя Цвети, сбегая на грунтовую дорогу, по которой ездили экипажи и телеги. Она на своём опыте знала, что у грифонов слух не хуже, чем у пони. Уже почти нагнав его, она слегка замедлила бег, чтобы не выдать себя, затерявшись в шуме улицы. За спиной предательски раздался очередной крик: “Схватите голубую пони!” — в отчаянии, кобылка закричала не своим голосом, чтобы перебить стражника: — “Пожар! Спасите!” Озадаченные прохожие начали оборачиваться, в том числе и грифон. К счастью, он не осознал, что происходит, этого времени хватило, чтобы добежать до него и прыгнуть, когда он только расправил крылья.

 — Ай! Больно! Ты мне крыло сломала, полоумная!

 — Не сломала, но сломаю, если ты во всём не признаешься!

 — Ещё чего! Отпусти!

 Вдавив его ещё сильнее в землю, Цвети продолжила:

 — Он же твой брат! Как ты мог с нами так поступить!

 — Он мне никто! Вы просто нарывались на то, чтобы вас кинуть!

 Слыша бег подбегающего стражника, кобылка больно надавила на крыло, — Кинуть? Да ты даже этого не смог, жалкая курица!

 — Вы ничего не докажете, телегу грабили двое, а я один. Я что ли лягнул этого старика?

 — Возможно, — сказал подходящий стражник, — Это старику теперь решать, отпусти его.

 — Ещё чего, он же улетит, пока Колесей его не увидит, я с места не сдвинусь.

 — Действительно, похож как две капли воды. Но ничего, разберемся, — Подойдя, стражник достал ещё один ремень с замком, и отдал его кобылке. Та, поняв намёк начала с силой складывать крылья грифону.

 — Ай! Крыло! Это расизм! Мало что ли грифонов в городе?

 — Ты не грифон, ты порочишь их честь, поверь наслово пони, которая вырастила настоящего грифона.

***



 Когда торговец увидел второго грифона, он сразу смекнул, что к чему. Ему самому не верилось в происходящее, но напавшие на него в ночи разбойники были слишком похожи на эту пару. Теперь он рассыпался в извинениях, впрочем, все в итоге сошлись, что это было хоть и весьма досадное, но недоразумение. Жаль только что со свидетелем, который меняет свои показания, вряд ли чего-то добьёшься в суде. Клюви не был расстроен этим фактом, испытывал какое-то чувство жалости, он не желал брату ничего плохого, ведь именно воспитание сделало его таким, какой он есть сейчас.

 Не став дожидаться окончания расследования, они дали письменные показания, и в тот же день отправились домой. Большую часть дороги они летели молча, обдумывая произошедшее. С полупустыми сумками, полёт не занял много времени. Уже в лучах заходящего солнца, приземлившись около разрушенной мельницы на окраине деревни они побрели в сторону дома. Клюви первым нарушил эту затянувшуюся тишину:

 — Прости, что втянул тебя в эту авантюру, из-за меня ты чуть не погибла.

 — У меня был амулет, — кобылка дотронулась до камня в оправе, который сменил свой цвет на рубиновый.

 — Ты не могла знать наверняка.

 — Будто ради меня ты бы не сделал то же самое… — замолчав, кобылка посмотрела на остов мельницы, в котором прятала Клюви от своих родителей, и улыбнулась, — А помнишь, что ты крикнул, когда я побежала на стражника?

 — Цвети?

 — Неа.

 — Мама!?.. — вспомнил он, и осёкся, — Прости, ты просила не называть тебя так.

 — Знаешь, матери тоже иногда ошибаются, так что всегда думай своей головой, — сделав картинную паузу, она произнесла то, что хотела сказать уже очень давно: — Сын.

 Клюви замедлил шаг и остановился, не поверив своим ушам, в первый раз его назвали так. Цвети никогда раньше не говорила, что он её сын. Его зрачки начали расширяться, а вокруг удивлённо отвисшего клюва медленно расплылась улыбка. Если бы Цвети не прожила всю жизнь с грифоном, она никогда бы не поверила, что птицы могут так широко улыбаться.

 Он обнял её и начал тереться попеременно о левую, а затем правую щёку кобылки.

 — Ну всё, хватит целоваться, — за смехом, кобылка пыталась сдержать наворачиваются слёзы, — ты мне так глаз клювом выколешь, прекрати.

 Безрезультатно, Клюви ещё долго продолжал свой птичий ритуал, водя клювом из стороны в сторону, топорща намокшую шерсть.

 На этом заканчивается история о кобылке, для которой грифон стал родным сыном. А если вы мне не верите, отправляйтесь в Крафтвил, Эквестрия, и познакомьтесь с ними лично, только поспешите, пока непредсказуемая жизнь не отправила их в другое приключение.

Конец.

Пролог



 На коробках под большим круглым домом на дубе, сидел задумавшись грифон. К нему подошла кобылка, с выдающимся пузиком.

 —О, Цвети? А ты чего здесь?

 — Да так, вот, решила тебя проведать — неуверенным голосом сказала кобылка.

 — Волнуешься?

 Откуда-то раздался писк, и кобылка решила сразу же сменить тему, — Ой, что это?

 — Что? Да мышь, наверное, где-то бегает, — грифончик осмотрелся по сторонам, но ничего не увидел.

 — А ты чего здесь сидишь? Вон сколько коробок с материалами привезли.

 — Да вот, думаю о своём грифоньем имени. Граф Клюв, Гром Клюв, Глуша Клюв, Горький Клюв… Нет, всё не то.

 Действительно, все имена были какими-то глупыми и никак не подходили Клюви… — “Глупыми?” — Цвети ухватилась за эту мысль. Она вспомнила, как называла его так, обычно, когда они дурачились в детстве, попадали во всякие истории или просто дразнились. “Эх, хорошие были времена”, — подумала пони. И тут же в её голову закрался коварный план.

 — Знаешь, имя не придумывают, его дают. А я, кажется, уже дала тебе подходящее.

 — П-правда?

 — Да, и называла тебя им сотни… — прикинув что-то в уме, она добавила, — тысяч раз!

 Грифончик задумался, пытаясь вспомнить нечто подобное.

 — Неужели не помнишь? — зайдя за коробки продолжала кобылка.

 — Герой? — Неуверенно переспросил Клюви, сам удивляясь своей наглости. Кобылка рассмеялась, едва сдерживая слёзы.

 — Ну, не томи. — грифону даже стало немного обидно, но кобылка смеялась вовсе не из-за его догадки, а из-за того, что собиралась сделать.

 — Я нарекла тебя Глупым!

 — Что?

 — Вполне подходящее грифону имя, Глупый Клюв! Отныне так и буду тебя называть.

 — Эй! Не смешно! — грифончик поднялся и обошёл коробки в поисках нахалки. Та в свою очередь двигалась по кругу, чтобы не попасться.

 — А что, можно даже глюпоклюв, если тебе будет так удобней, уверена, ни один твой сородич не возразит.

 — Ты обижаешься из-за того, что я не хочу быть всю жизнь просто Клюви?

 — Хорошая попытка, но нет. — из-за ящика высунулась голова кобылки и показала язык.

 — Ах так! — грифончик взмыл ввысь — Сейчас то я тебя поймаю!

 — Поймаешь? Тогда какое в этом веселье? — рассмеявшись, кобылка побежала по полю.

 Грифон повис в воздухе махая крыльями, ничего не понимая. Цвети была не в том положении, чтобы играть в эти детские игры. Сейчас ему не составит никакого труда догнать её. Только через несколько секунд он осознал сказанное Цвети, улыбнулся, и спланировав вперёд, побежал вслед за ней. Всё когда-то приходится делать в первый раз, в том числе и поддаваться.


Прочие артыЦвети и Клюви

Автор: Joestick , покрас мой.


Клюви и Габби (не шиппинг)

Автор: Joestick , покрас мой.


Цвети

Комишен: Joestick , покрас мой.




Отдельно спасибо за помощь: Joestick , Klemm , Rins , morozoff7734 .

Арт на обложке — Joestick , покрас мой.

11 комментариев

В целом остался только небольшой филлер, и пока на какое-то время все.
Уже все? Блин, маловато будет.
Нет, ещё одна часть в субботу, а на ней пока всё. Я наверное подожду идей получше))
Wut?
Гы, гепардофон! Хотя наверное лучше грифард. Грипард?..

Я вообще-то спать собирался, а тут такое…
Гепардофон болеет — у него грипагд!
Ну хоть не вородянка
А у вас вся спина жёлтая!
Доктор срочно 8 капель пусяшного — внутривенно ему!
Лучше внутрипопочно, а то распусяшится еще.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.